Проф. Шимон Редлих: «Шептицкий отрицал расистское мышление»

Профессор Шимон Редлих (на снимке) родился в 1935 году во Львове, молодость провел в Бережанах. Спасенный во время Холокоста украинской семьей, в 1950 году эмигрировал в Израиль. Окончил Иерусалимский и Гарвардский университеты.

Он дал интервью католическому журналу «Тыгодник Повшехны» (Tygodnik Powszechny) о своем опыте получения исторической правды о главе Украинской Греко-Католической Церкви (1901–1944) митрополите Андрее Шептицком. С разрешения польской редакции «Историческая правда» перевела этот материал.

– Господин профессор, почему заинтересовались митрополитом Андреем?

– В 1985 году меня попросили подготовить доклад на международной конференции в Университете Торонто на тему: «Шептицкий и евреи во время Второй мировой войны». Именно тогда я открыл для себя проблему отношений между евреями, украинцами и поляками в Восточной Галичине.

До этого я не занимался данной темой, но с тех пор постоянно к ней возвращаюсь, а мой доклад в развернутом изложении был переведен и опубликован в разных странах.

– Откуда такая исследовательская верность Шептицкому?

– Я занимаюсь делом присвоения ему титула Праведника Мира. Шептицкий спас – лично или через людей своей Церкви – около 150 евреев. На сегодняшний день из них в живых осталось восемь или девять человек. А то, что Шептицому до сих пор не присвоили звание Праведника, считаю большой несправедливостью.

– А почему до сих пор не присвоили?

– Потому что комиссия, которая этим занимается уже более 20 лет, встретилась только 13 раз, и всегда были голоса против. На последней встрече в 1991 году было принято негативное решение. Спасенные неоднократно обращались в «Яд ва-Шем», но безрезультатно.

– А сейчас?

– Будучи во Львове, я разговаривал со священником из св. Юра – там, где раньше был Шептицкий. Он сказал, что-то движется в деле беатификации (признания человека благословенным в Католической Церкви, должны быть предоставлены свидетельства праведной жизни и подтверждения хотя бы одного чуда – переводчик), были найдены документы, отрицающие обвинения, что во время войны Шептицкий негативно относился к людям из польской Церкви. Но дела движутся очень медленно.

– Вернемся к вопросу о спасении евреев.

– Возможно, эти дела между собой связаны? Если одна сторона начнет двигаться, может, и другая последует за ней? Как историк, я много лет не хотел заниматься публичными делами, но теперь смотрю на них иначе. Сейчас я на пенсии, у меня больше времени и больше свободы. Связался со всеми, кто еще жив, из спасенных Шептицким.

С моей помощью была подготовлена и переслана в декабре 2005 года в «Яд ва-Шем» апелляция по возобновлению работы комиссии. Затем профессор Гутман и еще один историк, член комиссии Праведников, и я написали письмо, которое 27 апреля 2006 года передали председателю «Яд ва-Шем», господину Авнеру Шалеву.

Комиссия оставила возможность вернуться к рассмотрению дела, если будут новые материалы. А сам я нашел кое-что, что не было рассмотрено комиссией.

– Что же это?

– Среди прочего это, скажем, пасторское письмо Шептицкого «О милосердии», подобное его известному письму «Не убий!». Опубликовано оно было уже давно на страницах католического журнала в Канаде, но комиссия его не рассматривала.

Написано письмо в июне 1942 года, когда гитлеровская политика в отношении евреев стала совершенно ясна. Решение об окончательной развязке, сейчас мы уже знаем об этом почти на 100%, было принято между октябрем–декабрем 1941 года. Считаю, что Шептицкий только через несколько месяцев осознал, каковы на самом деле намерения у немцев и что происходит в действительности. И именно тогда написаны были эти два пасторских письма.

В письме о милосердии не случайно так много цитат из Ветхого Завета, из Пророков и из Книги Мудрости, применимых к актуальной трагической ситуации. В пункте 48 обращается к своему народу, к своим верным, к украинцам с просьбой быть готовыми посвятить жизнь спасению ближнего.

В пункте 49 однозначно осуждается любое убийство человека. «Каждый ближний – брат и часть человеческой семьи». В контексте того времени это звучит сильно и драматично.

– Потому что говорит не только об украинцах или христианах…

– Да, говорит о людях. Это отрицание расистского мышления.
Также есть письма Шептицкого в Ватикан, где описываются действия немцев относительно еврейского населения. Несколько лет назад, но уже после последнего собрания комиссии «Яд ва-Шем» по делу Шептицкого, международная католическо-еврейская историческая комиссия исследовала ватиканские документы по Холокосту.

Именно тогда было установлено, что в конце августа 1942 года митрополит Андрей Шептицкий передал Папе письма, в которых детально была описана огромная трагедия истребления евреев и местного населения. Историки этой комиссии считают, что ни один из католических иерархов не предоставил такого количества непосредственных свидетельств и не был отмечен такой заботой о судьбе еврейского народа, находясь в центре немецкой деятельности.

– Что же тогда помешало признать за митрополитом титул Праведника?

– Несколько лет назад «Яд ва-Шем» озвучил список обвинений. Сегодня, вероятно, я бы не получил этого материала. Возможно, хотели меня переубедить? Не знаю. Но это интересно, как люди, связанные с «Яд ва-Шем», в своем мышлении зациклены.

Первое обвинение: Шептицкий поддерживал организацию дивизии СС. А у еврея все, что связано с буквами «СС», пробуждает только злые эмоции. Мой комментарий: здесь не нужно логически думать, здесь играют роль эмоции.

Сам факт, конечно, имел место, однако поддержка создания дивизии не означала поддержки Гитлера, а тем более — национал-социализма. Это все происходило весной и летом 1943 года, уже после Сталинграда, когда люди знали, что немцы уже отступают.

По моему мнению, которое разделяют другие историки, Шептицкий боялся, что с отступлением немцев и приходом Советской Армии наступит анархия и тотальное безвластие.

– Хотя изначально надеялся, что…

– …что будет свободна Украина. В той ситуации надеялся, что украинская военная единица, пусть даже организованная немцами, будет во время безвластия защищать местных людей.

Была это наивная вера – вероятно, он надеялся, что после немецкого проигрыша между Востоком и Западом, Россией и Америкой с Англией появятся какие-то договоренности, которые создадут условия для независимости Украины. Он думал, что будет хорошо, если народ будет иметь какую-то собственную армию.

– Для него после Бога самым важным делом была самостоятельная Украина.

– Я бы даже сказал, что это дело было на одной ступени с Богом. Я историк, еврей, и все это представляю примерно на одной ступени. Он был украинским националистом, я не отрицаю этого, но одновременно был и истинным гуманистом.

Это трагическая фигура, которая разрывалась между одним и другим. В этом заключается его трагедия, а не в том, что он поддерживал немецкую политику в отношении евреев. Он спасал евреев.

Второе обвинение: спасение евреев было второстепенным делом во всей деятельности Шептицкого. Чтобы так думать, нужно быть идиотом. Понятно, что как у митрополита, у него было много других дел.

Третье обвинение: Шептицкий был самой важной политической фигурой, политическим авторитетом Украины, неким супер-политиком, и поэтому он отвечает за аморальное поведение украинцев. Мой ответ таков – он никогда не был политическим лидером. Он был религиозным и моральным лидером, но не политическим.

Есть еще одно обвинение: Шептицкий публично не призывал украинцев не убивать евреев. Мол, почему в пасторских письмах «Не убий!» и «О милосердии» он не написал черным по белому «не убивайте евреев»?

Отвечаю: так думать может только тот, кто не знает истории тех времен. Если бы он написал «не убивайте евреев», то все эти письма были бы конфискованы, а сам он – арестован.

И еще один интересный пункт, демонстрирующий стереотипы мышления: мол, Шептицкий ненавидел большевиков и Советскую Россию, а тем временем Советская Россия спасала евреев.

Как историк Советской России, я хорошо знаю, как она спасала их и как не спасала. Этот аргумент, по моему мнению, абсолютно ложный. Советский Союз не собирался ни спасать, ни убивать евреев. 250 тысяч польских евреев спаслись в Советской России потому, что осенью 1939 года как «опасный элемент» были вывезены на окраины страны. Они спаслись не благодаря симпатиям Советской России к евреям, а потому, что были в ссылке.

Я сам на протяжении долгих лет испытывал сильные чувства к Красной Армии, потому что она меня освободила. Но она не пришла освободить Редлиха от немецкой оккупации. Она пришла, потому что шла покорять Запад.

– А претензии относительно антисемитских высказываний Шептицкого?

– Такой тогда была христианская теология – то есть она также была частью всего этого комплекса. Раввин Львова, Давид Кахане, которого спас Шептицкий, вспоминал разговор в библиотеке собора Св. Юра. Шептицкий процитировал известное высказывание: «Кровь Его пусть падет на нас и наших детей». На следующий день за эти слова, как вспоминал Кахане, митрополит извинился. Сказал то, что сказал, но обдумал и исправил самого себя.

Еще обвиняют, что он не вмешивался, когда в первые дни немецкой оккупации украинцы начали погромы во Львове. Это факт. Толпы украинцев убили тогда несколько тысяч евреев во Львове и соседних городах и местечках. Но попробуем поставить себя на место Шептицкого.

Я считаю, хотя не могу этого доказать, что Шептицкий был потрясен тем, что происходило на улицах Львова. Лето 1941 года, все летит кувырком, ошалелая толпа сумасшедших… Что конкретно он мог сделать, чтобы остановить такую толпу?

И последнее обвинение – в конце концов, тоже идиотское – что Шептицкий был идеологическим союзником Гитлера. Основанием для него стало письмо, посланное летом 1941 года Гитлеру. Это письмо было подписано несколькими украинцами, в том числе и митрополитом. Они приветствовали Гитлера как освободителя от советского ига. Так тогда это понимали.

Шептицкий был многогранной личностью. Были у него как и очень положительные стороны, так и отрицательные. По моему мнению, общий вывод все-таки положительный. Я могу об этом дискутировать как с евреями, так и с поляками.

– Коммунистическая пропаганда всегда изображала его негативно.

– Коммунистическая пропаганда много плохого здесь натворила. Она влияла даже на тех, кто был настроен антисоветски. По мнению Ротфельда, документы, касающиеся Шептицкого, сфальсифицированы КГБ и НКВД. Я этого не исследовал, поэтому ничего не могу сказать.

– К счастью, еще живы те, кого он спас.

– Они его боготворят. Например, госпожа Лили Полман из Лондона вспоминает, как, прибыв в собор Св. Юра, она попала в кабинет митрополита. Он положил ей на голову руку и сказал по-украински: «Не бойся, дитя!».

– А чего боится «Яд ва-Шем»? Общественного мнения?

– Да. Когда в Израиле говоришь что-то хорошее об украинцах, люди сразу нападают. На меня не раз нападали. С поляками то же самое, однако хуже всего — с украинцами.

– Потому что «украинцы шли с Гитлером»?

– Да, и убивали евреев. Но ведь не все. Меня спасла украинка.

Справка: Андрей Шептицкий

Фигура греко-католического митрополита Львова Андрея Шептицкого (1865–1944) – на сегодня духовного авторитета для многих украинцев – вызывает разные эмоции. Проводится работа с целью его беатификации, с другой стороны – его обвиняют в национализме и пособничестве немцам.

Андрей Шептицкий родом из семьи, проживавшей на польско-украинской границе. Ее представители выбирали разные религиозные и политические пути. Брат Шептицкого был польским легионером и генералом Войска Польского, племянник – офицером запаса и римско-католическим священником, погиб в Катыни.

Роман Мария Александр граф Шептицкий – так звучало его светское имя. Он избрал украинскую идентичность и духовную карьеру. Во времена Австро-Венгерской империи он был, в частности, вице-маршалком Галицкого сейма.

Во время Первой мировой войны был арестован россиянами, а в 1918 году с началом польско-украинского конфликта митрополит поддержал идею создания независимой Украины.

В 1939 году, когда был заключен советско-германский договор, митрополит начал играть все более и более важную роль – и все чаще он должен был делать прагматичный выбор, уже непосредственно связанный с политикой.

Еще в августе 1939 он осудил национал-социализм. После того, как Львов перешел под власть СССР, он рекомендовал священникам быть лояльными к новой власти (и предвидя, что может стать жертвой НКВД, тайно рукоположил своего преемника – епископа Иосифа Слипого).

Когда началась война между Третьим Рейхом и СССР, Шептицкий поддержал – как и многие украинцы – Гитлера, веря, что последний сделает возможным создание независимой Украины. После того, как немецкие войска вошли во Львов, он написал приветственное обращение к Вермахту, а в июле 1941 г. от своего имени и от имени украинского народа направил Гитлеру декларацию о поддержке строительства «нового порядка в Европе».

Однако, несмотря на давление со стороны своего окружения, он не призывал украинскую молодежь вступать в украинскую дивизию СС в 1943 году. А также не поддерживал – но и не осуждал – деятельности УПА. Но во всех пасторских письмах всегда осуждал убийства и убийц.

Тогда же он создал организацию помощи евреям, благодаря которой было спасено как минимум несколько сотен людей (в своем доме митрополит укрывал двух раввинов). Он также выступал в их защиту в письме Гиммлеру (в феврале 1942 года), а также оккупационной власти – как известно, безрезультатно.

Шептицкий скончался в ноябре 1944 года.

Дважды, в 1958 и 1962 годах, были сделаны попытки его беатификации, но Ватикан отклонял прошения. Уже на протяжении нескольких лет новое предложение о беатификации рассматривается в Ватикане.

Галицкий еврей Шевах Вайс (бывший председатель парламента (Кнессета) Израиля, бывший посол Израиля в Польше – «МЗ») назвал митрополита «украинским Шиндлером». Евреи, спасенные Шептицким во время войны, призывают присвоить ему титул Праведника народов Мира.

Среди тех, кто занимается этим делом, и профессор Шимон Редлих. Он родился в 1935 году во Львове, его молодые годы прошли в Бережанах. Редлих спасся во время Холокоста, в 1950 году эмигрировал в Израиль.

Окончил Иерусалимский университет по специальности «История и литература», Гарвардский университет по специальности «Советология», в университете Нью-Йорка изучал еврейскую историю. Сегодня Редлих – пенсионер, профессор истории Университета имени Бен-Гуриона в Израиле.

Автор многих работ, в частности, работы, опубликованной на польском языке «Вместе и врозь. Поляки, евреи, украинцы в Бережанах 1919–1945», которую очень часто рецензенты сравнивают с работами Яна Томаша Гросса.

Источники: Tygodnik Powszechny // «Історична правда»
Перевод на русский: RISU.org.ua